Лестница в небо

Перевод оригинального названия — «Вопрос жизни и смерти».

На создание огромного эскалатора, соединяющего наш мир с вымышленным, ушло 3 месяца и 3 000 фунтов стерлингов. В нём было 106 ступеней, каждая шириной 6 метров, а в движение он приводился мотором мощностью 12 л.с.

Самой первой сняли сцену, в которой герой Дэвида Нивена (1910-1983) моется на берегу. Изначально предполагалось, что зритель увидит, как эта сцена принимает очертания из изначально чёрного фона, но режиссёру Майклу Пауэллу (1905-1990) такая задумка не понравилась. Тогда оператор Джек Кардифф (1914-2009) попросил его взглянуть на сцену через объектив камеры и специально выдохнул на линзу, так что она на мгновение затуманилась, но через несколько секунд след дыхания испарился, и линза очистилась. Пауэллу это очень понравилось, и в фильме был использован именно этот приём.

Режиссёр Майкл Пауэлл увидел тогда ещё неизвестную актрису Ким Хантер (1922-2002) во время визита в Голливуд в 1945 году, и тут же решил снимать её в роли Джун, в основном следуя рекомендациям Альфреда Хичкока (1899-1980), который недавно подбирал актёров для будущего фильма «Дурная слава» (1946), и у которого она участвовала в кинопробах. Проблема была только в том, что сама Хантер в этих кинопробах на экране отсутствовала, был слышен только её голос, ведь она просто подсказывала реплики актёрам, непосредственно занятым в кинопробах. Хичкок заверил Пауэлла, что устроит ему личную встречу с Хантер и её агентом, так что он сам сможет решить, подходит ли она ему на роль экранной партнёрши Дэвида Нивена. При первой же встрече с Хантер режиссёр решил, что она действительно идеально подходит для этой роли.

Источником вдохновения для ситуации с состоянием здоровья Питера послужил полубиографический роман венгерского писателя Фридьеша Каринти (1887-1938) «Путешествие вокруг собственного черепа» (1937). Более подробная информация была получена благодаря сидению одного из режиссёров и сценаристов Эмерика Прессбургера (1902-1988) в Британской библиотеке и консультациям с братом Майкла Пауэлла, который работал в Лондоне пластическим хирургом.

Механизмы гигантского эскалатора издавали такой грохот, что все звуки в соответствующие сцены пришлось добавлять в процессе постпроизводства.