Место назначения – Луна

Снят по мотивам научно-фантастического романа Роберта А. Хайнлайна «Ракетный корабль «Галилео».

В 1947 году Роберт А. Хайнлайн написал роман «Ракетный корабль «Галилей». Как вспоминал Хайнлайн, в это же время у него и появилась идея экранизировать фантастику. Он полагал, что съёмки подобного фильма могут иметь далеко идущие последствия и воздействие на общественное мнение в отношении к полётам в космос. Первоначально писатель планировал снять документальный или научно-популярный фильм. В 1948 году писатель посетил Голливуд и встретился там с Фрицем Лангом. Попытка совместного творчества не удалась. Ланг был человеком, с которым было непросто найти общий язык. Затем Хайнлайн встретился со сценаристом Элфордом Ван Ронкелем и затем с другим единомышленником — продюсером Джорджем Пэлом. Уже имевший определённое имя в киноиндустрии Пэл вынашивал аналогичный замысел и стороны согласились создать сценарий игрового фильма.

Для съёмок эпизодов связанных с ракетой декораторам пришлось создать полноразмерную реплику ракеты высотой около 40 метров. Участок лунной поверхности там, где села ракета, был полностью воссоздан в павильоне. Его строительство заняло около двух месяцев. Звездным небом стали несколько сотен квадратных метров бархата натянутого на заднике и автомобильные лампочки в качестве «звёзд». Для более реалистичного создания кратера Гарпалус использовались свежие фотографии поверхности Луны, сделанные в обсерватории Паломар. Венцом работы художника Боунстелла явилась картина маслом площадью в несколько десятков квадратных метров, изображающая лунный пейзаж на заднике.

Идея фильма не встретила понимания у крупных киностудий и показалась «слишком фантастичной», как выразился Хайнлайн. В итоге Джордж Пэл нашёл поддержку в небольшой компании Eagle-Lion Films, где до этого выпускались в основном фильмы категории B. Стороны договорились о бюджете примерно в $600 тыс. и запланировали начать производство картины примерно в середине 1949 года. Рабочим названием картины стало «Operation Moon» («Операция Луна») и «Journey to the Moon» («Путешествие на Луну»). Создатели сразу отошли от сюжета книги. Хайнлайн и Пэл решили полностью поменять концепцию, убрав из будущей картины прежний историко-социальный контекст, связанный с неонацизмом, и сфокусировались в сценарии на технократическом и документальном подходе. Представители кинокомпании заставляли несколько раз переделывать сценарий, опасаясь провала. Немало усилий пришлось потратить на то, чтобы объяснять руководству студии элементарные для учёного понятия (например, то, что на Луне нет атмосферы) и связанные с этим особенности сценария. С трудом консультанты смогли добиться исключения из картины, привычной в то время, лёгкой музыкальной интерлюдии, о чём так настаивало руководство студии, которое в один момент даже решило снимать почти мюзикл. В итоге от книги остался только полёт на Луну и фамилия главного героя. Хайнлайн придал очень большое значение точности в технической стороне вопроса и постоянно консультировался со специалистами в ракетной технике и астрономии. Даже место посадки в районе кратера Гарпалус стало предметом обсуждения. Земля с поверхности своего естественного спутника в картине видна в кадре именно там, где ей положено быть. Джордж Пэл тщательно готовился к съёмкам, отрабатывая все технические вопросы, которые могли возникнуть в ходе производства. Фаза препродакшн сильно затянулась и съёмки были отложены на год.

В качестве художника постановщика продюсер Джордж Пэл привлёк Чесли Боунстелла, специализировавшегося на астрономической тематике. Иллюстрации к книге «Покорение космоса» 1949 года Боунстелла, послужили основной к раскадровке будущей картины. Образ ракеты, сильно напоминающей Фау-2 также был позаимствован из этой книги.

Консультантом проекта в области ракетной техники стал весьма примечательный человек — инженер Герман Оберт, который работал ещё с Фрицем Лангом в картине «Женщина на Луне». Пэл поощрял всякое креативное начало. Хайнлайн вспоминал, что ему было очень комфортно работать с Джорджем Пэлом, так как он давал полную творческую свободу всем, с кем он работал, не контролируя их в мелочах.

Решив, что строгое течение картины нужно чем-то разнообразить, Хайнлайн и Пэл решили добавить в картину анимационную вставку. В ней дятел Вуди созданный Уолтером Ланцем рассказывает о некоторых принципах космического полёта.

Ещё в 1948 году началась подготовка декораций, оборудования и пробные съёмки. Желая минимизировать риск, Джордж Пэл даже сделал небольшую кампанию в своего рода фокус-группах. В нескольких кинотеатрах показали небольшие уже снятые отрывки из картины и он проследил за реакцией публики.

После почти годичного периода подготовки натурные и павильонные съёмки прошли с 14 ноября 1949 по конец декабря 1949 года.

Продюсер и режиссёр постоянно обращались к помощи консультантов с тем, чтобы съёмки полностью соответствовали замыслу. Создателям пришлось вступить на совершенно новую территорию и многие проблемы решались впервые. Как вспоминал Роберт А. Хайнлайн, производство картины собственно и напоминало реальную подготовку к полёту в космос. С тем чтобы передать на экране события в кабине ракеты в невесомости пришлось пойти на сложности, создав специальное крепление камеры и рабочее место оператора, которое могло вращаться. Одними из первых создатели использовали эффект, который потом часто использовался во многих картинах о космических путешествиях — искажение лиц космонавтов из-за перегрузки вызванной отрывом ракеты от Земли. Подобный эффект (являющийся, кстати, художественным вымыслом) был передан специальным гримом и накладками на лице.

Отдельная сложность возникла со скафандрами. Поначалу режиссёр хотел позаимствовать амуницию у лётчиков. Такое облачение смотрелось очень выигрышно и аутентично, но оказалось, что ткань подобных костюмов нежная и легко рвалась от соприкосновения с рояльными струнами, на которых подвешивали актёров для имитации невесомости. Художнику пришлось создавать с нуля дизайн скафандров, но зато Ирвинг Пичел получил то, что хотел: одел актёров в разноцветные скафандры и так их стало легче различать зрителю. В тяжёлых, закрытых скафандрах актёрам было тяжело перемещаться, и они быстро задыхались и уставали. Дошло до того, что пришлось применить принудительную вентиляцию, а Ирвингу Пичелу — бросить привычку курить на съёмочной площадке. Обычно в американских фильмах того времени, звук записывался непосредственно на съёмочной площадке, однако тут пришлось отказаться от привычного подхода. Во-первых, из скафандров всё равно не было слышно голоса актёров; а во-вторых, двери павильонов, для лучшей вентиляции, были открыты и шумы с улицы проникали вовнутрь. Таким образом, звук пришлось накладывать уже на этапе постпродакшн.

В работе над фильмом Джорджу Пэлу очень помог прошлый опыт работы над анимационными лентами. В картине в общей сложности около 5 минут анимационных вставок, и только на их подготовку и съёмки ушло столько же времени, сколько и на съёмки всей игровой части картины.

После картины популярным стал специфический технический жаргон («Хьюстон, у нас проблема»), которые использовали герои картины.

Один из героев картины произносит пророческую фразу: «Кто бы ни контролировал Луну — в будущем будет и контролировать Землю» (whoever controls the moon will control the Earth). В фильме оказались предсказаны многие события связанные с произошедшей спустя девятнадцать лет реальной высадкой на Луну. Вплоть до торжественных слов, которые сопровождали первый шаг человека Луне.